В одной из публикаций сайта (см. «Право и политика: что важнее?») ответ на поставленный в ее заглавии вопрос был дан в пользу права, ибо необходимость в праве существовала в истории человечества всегда, тогда как в политике лишь в классовом обществе, то есть в цивилизационный период жизни человечества. Из этого был сделан вывод, что право важнее политики во всех отношениях. Но право как таковое, а не только один из его видов, каким есть юридическое право. Право в первобытном обществе вообще не имело дела с политикой, ее там просто не существовало, и люди обходились без нее много тысячелетий, но не могли обойтись без права, как атрибута управления обществом.
Юридическое право, напротив, крепко связано с политикой и государством. Но если это право рассматривать как действительное право, имеющее свое значение и силу в обществе, а не как «правовой симулякр», некое подобие права или его заменитель, которым можно пользоваться, а можно выбросить на свалку, то для этого необходима не какая угодно кому-то, а справедливая правовая политика.
Ибо сила права, как было отмечено в другой публикации (см. «К размышлениям о праве: в чем сила права?»), в утверждении справедливости. А к справедливой политике можно прийти только правовым путем, но не через беззаконие и произвол.
В этом смысле обычное представление о правовой политике как об одном из видов политики, наряду с экономической, гуманитарной, научно-технической, национальной, международной и др. видами государственной политики, требует уточнения в том смысле, что определение «правовая» не ограничивается видом политики, а имеет отношение к государственной политике вообще, как роду. Всякая политика государства вообще должна быть по определению правовой: и экономическая, и социальная, и национальная, и международная. Почему? – Потому что государство, если оно рассматривается как действительное, а не извращенное, «больное», надуманное и т.п. («действительное» в логике Гегеля, то есть отвечающее своему понятию), предполагает право в качестве необходимой формы своего функционирования.
Так называемое «правовое государство» в своей основе идет от этого понимания, от представления о связанности государственной бюрократии существующим правом.
Можно в таком случае полагать, что термин «правовая политика» имеет два смысла: «узкий» и «широкий» (такими названиями часто оперируют многие авторы), хотя такие определения сами лишены смысла. На самом деле речь лучше вести о специальном определении правовой политики как одного из видов государственной политики, и общем определении последней как рода, то есть политики справедливой, подчиненной праву, наряду с ее другими определениями (эффективной, миролюбивой и т.д. политики).
Предметом специально правовой государственной политики есть самое право, его установление и утверждение в обществе и государственной деятельности.
Поэтому без права по определению не может быть такого вида государственной политики как правовая политика. Но «неправовые государства», которые в своей внутренней и внешней политике не считаются с правом, в мире бывали и есть. Такие государства вместо определения «правовых» получают разные неправовые определения, исходя из того, насколько неправовую внутреннюю или внешнюю политику они проводят.
* * *
1. Из диалога о правовой политике с «искусственным интеллектом» (ИИ).
Эти общие суждения о понятии правовой политики, как кажется автору, можно лучше понять и принять читателям, если представить их в форме диалога с «интеллектуальным» оппонентом («искусственным интеллектом»). Похоже, он способен добавить кое-что к пониманию предмета разговора, если только не идти у него на поводу, а держать разговор под своим контролем. Вот что из этого получилось.
А. (автор): Предметом правовой политики государства есть самое право, его установление и утверждение в обществе и государстве. Ты согласен с таким определением?
ИИ (ChatGPT): В целом да, но с важными уточнениями.
### 1. В чём определение удачно
Ты фиксируешь ключевую мысль: правовая политика направлена не просто на управление через право, а на само право как социальный феномен – его формирование, признание и укоренение. В этом смысле: предметом правовой политики действительно выступает «право», причём не абстрактное, а позитивируемое, институционализируемое и легитимируемое право; акцент на «утверждение в обществе и государстве» корректен — без социальной легитимации право не работает даже формально.
Это отличает правовую политику: от законодательной техники (которая уже вторична), от правоприменительной политики (которая оперирует готовым правом), от управленческой политики вообще.
### 2. Где возникает риск сужения
Формула «предметом … есть самое право» может быть понята слишком статично, как будто речь идёт только о: создании норм, их формальном закреплении, их провозглашении. Но правовая политика охватывает также: направления развития права (ценностные, доктринальные, модельные); отбор правовых форм (что считать правом, а что – нет); соотношение видов права (обычного, юридического, надпозитивного – если говорить в логике Ющика); механизмы признания права обществом, а не только государством.
То есть предмет – не просто «право как данность», а право как процесс становления и утверждения.
### 3. Более точная формулировка (вариант)
Если слегка усилить твою мысль, не ломая её логику, я бы предложил так:
**Предметом правовой политики государства является право как социально признанный нормативный регулятор – в аспекте его установления, развития и утверждения в обществе и государстве.** Или, если подчеркнуть активную роль политики: **Правовая политика направлена на формирование, институционализацию и социальную легитимацию права.**
### 4. Принципиальный момент
Важно, что в твоём определении: право не редуцируется к инструменту управления; политика выступает служебной по отношению к праву, а не наоборот.
Это сильная теоретическая позиция и она хорошо ложится на: концепцию учредительной власти, идею постгосударственного (гуманистического) права, критику этатистского юридического позитивизма.
Итог: Я согласен с твоим определением по существу, но считаю необходимым явно зафиксировать динамический и ценностный характер права как предмета правовой политики.
А: Правовая политика направлена не просто на управление через право, а на само право как социальный феномен – его формирование, признание и укоренение. Здесь ты, как и я, понял термин "правовая политика" в специальном значении, как вид государственной политики наряду с другими ее видами: экономической, международной, гуманитарной и т.д. Но я отличаю этот термин от его общего значения, которое относится к определению госполитики вообще (в этом смысле политика бывает моральной или аморальной, разумной или глупой, правовой или управленческим произволом. Правовая – значит реализуемая на основании права, а не волюнтарная политика.
ИИ: Да, теперь расхождение снято – мы говорим о двух разных уровнях понятия, и ты их корректно разводишь. Попробую аккуратно зафиксировать это различие, потому что оно методологически очень важно и часто теряется.
## 1. «Правовая политика» в общем (оценочном) значении
Здесь ты используешь термин как характеристику политики вообще: правовая ↔ неправовая (волюнтарная, произвольная); политика, осуществляемая на основании и в рамках права; критерий – способ осуществления власти, а не её предмет.
В этом смысле: правовая политика ≈ легальная, связанная правом государственная деятельность; она противопоставляется управленческому произволу, «целесообразности без нормы», чрезвычайщине и т.п.
И здесь совершенно справедливо: правовая – значит реализуемая на основании права, а не волюнтарная. Это не вид политики, а её качественная характеристика.
## 2. «Правовая политика» в специальном (предметном) значении
А вот здесь – уже другой логический уровень: правовая политика как самостоятельный вид государственной политики, наряду с экономической, социальной, внешней, культурной и т.д. Критерий здесь иной: не как осуществляется политика, а на что она направлена.
И тогда: предметом правовой политики становится само право; её содержание – формирование, отбор, развитие, институционализация и утверждение права; она может быть как правовой, так и неправовой в первом (оценочном) смысле (например, репрессивная или идеологизированная правовая политика).
Это ключевой момент, который ты фактически уже проговорил, но сейчас сделал его явным.
## 3. Логическая ошибка, которой ты избегаешь
Многие смешивают эти два значения и получают тавтологию вида: правовая политика – это политика, основанная на праве; что ничего не объясняет, если речь идёт о правовой политике как отрасли государственной политики.
Ты же, напротив: чётко различаешь уровень признака и уровень предмета; тем самым сохраняешь аналитическую ценность термина.
## 4. Возможная фиксация различия в тексте (если понадобится)
Чтобы это различие не терялось у читателя, его можно закрепить, например, так:
Термин «правовая политика» используется в двух значениях:
1. в общем – как характеристика государственной политики с точки зрения её связанности правом;
2. в специальном – как самостоятельный вид государственной политики, предметом которого является право, его формирование, развитие и утверждение. И дальше уже работать только со вторым значением, что ты, по сути, и делаешь.
Итог: Да, я тебя понял именно в этом – специальном, предметном значении, и ты совершенно прав, что его нужно строго отличать от общего, оценочного смысла. Это не словесная тонкость, а принципиальный вопрос теории государства и права.
А: В чем ты видишь различие предмета правовой политики от ее объекта?
ИИ: Отличие предмета правовой политики от её объекта. Здесь начинается самое тонкое.
### 1. Предмет правовой политики
Предмет – это то, ради чего и по поводу чего осуществляется деятельность.
В твоей логике (и я с ней согласен): Предмет правовой политики – право как социально признанный нормативный способ регулирования.
То есть: содержание и направления развития права; его принципы, ценности, формы; границы допустимого правового вмешательства государства; соотношение права с иными регуляторами. Предмет – смысловой и нормативный уровень.
### 2. Объект правовой политики
Объект – это то, на что непосредственно направлено воздействие.
К объектам правовой политики относятся: законодательство и иные источники права; правовые институты; правосознание и правовая культура; правоприменительная практика; юридическое образование и доктрина. Объект – эмпирический и институциональный уровень.
## Итоговая схема (сжато)
Правовая политика (как вид государственной политики) может быть неправовой (как характеристика). Критерий – связанность власти правом, а не активность нормотворчества. Предмет правовой политики – право как нормативный способ социального регулирования. Объект правовой политики – институциональные и социальные формы, через которые право реализуется.
А: Может ли «правовая политика» в специальном смысле быть неправовой в общем смысле и где проходит эта граница?
ИИ: Да, может – и исторически чаще всего именно так и бывает. Это не парадокс, а следствие различия предмета и критерия оценки.
Почему это возможно принципиально.
Право не дано раз и навсегда, оно формируется властью, всегда включает элемент властного выбора.
Следовательно, политика, направленная на право, может: подменять право целесообразностью, использовать право как идеологический инструмент, разрушать правовую форму под видом её «совершенствования».
Во всех этих случаях: политика остается правовой по предмету, но становится неправовой по способу.
Типичные формы «неправовой правовой политики»
1. Нормативный волюнтаризм. Массовое принятие законов без процедурной и ценностной связанности: «Раз есть закон – значит, право».
2. Репрессивная правовая политика. Право используется как средство подавления, а не признания свободы.
3. Инструментализация конституции. Частые изменения основ конституционного строя под текущие интересы власти.
4. Юридизация произвола. Произвольные решения предварительно «облекаются» в правовую форму.
Во всех этих случаях: право – объект постоянного вмешательства, но не становится нормативным пределом власти.
Где проходит граница между правовой и неправовой правовой политикой
Граница проходит не по факту наличия норм, а по вопросу: является ли право пределом политического усмотрения или его продуктом без остатка?
Критерии правовой «правовой политики» (как вида): признание верховенства права, а не закона; процедурная связанность власти; стабильность и предсказуемость правовых форм; признание автономии права по отношению к политической целесообразности; наличие механизмов самоограничения власти.
Если этого нет – правовая политика как вид есть, но правовой политики как качества – нет.
Об этом в основном шла речь в одной из публикаций сайта (см. "Верховенство права как "выкидыш" правовой политики").
Продолжение следует