ИИ кладет конец продажному правосудию?

В последние годы тема искусственного «интеллекта» (ИИ) заполонила информационное пространство и стала едва ли не «дежурной» в личном общении. Причиной тому наша житейская практика: технологию ИИ всё активнее берут на вооружение самые разные специалисты в разных областях жизни. Не стала исключением и юридическая деятельность.

Самому пришлось убедиться в том, что ИИ может быть очень неплохим «подсобником» при подготовке проектов даже очень сложных законов. А вот недавно знакомый адвокат рассказал, как он в последний день срока на подачу апелляции воспользовался помощью ИИ в написании последней. Вместо прежних нескольких часов эта работа заняла у него всего полчаса, и они с клиентом уложились в нормативный срок подачи жалобы.

И вот подумалось: а ведь умножение производительности труда адвоката в подготовке документов к судебному процессу резко увеличивает динамику этого процесса, нагрузку на других его участников, в том числе на судью. Раз адвокат успевает больше, значит больше обслужит клиентов, а отсюда больше дел в судах. Что делать остальным участникам процесса? – Очевидно, то же самое: автоматизировать свой труд, повышая его производительность, всё больше включая в свою работу помощь ИИ.

А отсюда рисуется такая вот совсем не фантастическая картина: в судах на место состязательного процесса живых человеческих интеллектов придет состязание ИИ-истца с ИИ-ответчиком, ИИ-адвоката с ИИ-прокурором, а судить об этом состязании будет ИИ-судья, вынося решения с помощью всё того же ИИ.  

Что мы получим в итоге? – А то, что вся состязательность процесса будет превращена в «состязание» ИИ с самим собой, поскольку соревнуются ведь теперь между собой его собственные тексты исковых заявлений и отзывов на них, обвинений и защиты, по которым он же формулирует «решения», только лишь озвученные судьей.

Не станем же мы наивно полагать, будто все без исключения участники судебного процесса принципиально откажутся от своего обращения к ИИ?! Вся история человечества противоречит этому: люди всегда обращались к более производительным средствам труда ради его облегчения и увеличения количества его продуктов, а особенно, в условиях капитализма, где количество идет на первом месте перед качеством, где все измеряется деньгами.

И этому есть объяснение. Адвокату нужно побольше заработать на своих клиентах; прокурору и судье, для того чтобы удержаться в своем кресле, нельзя отставать от темпов, задаваемых судебным процессом и активностью адвокатов. Вот так живые потребности с необходимостью толкают участников процесса к тому, чтобы тяжесть своего труда переложить на технического раба. Но разве не так начиналась эра цивилизации? (см.: Цивилизация – от слова «рабство»).

Так почему бы теперь не завершиться эре цивилизации тем, с чего она начала – по закону отрицания отрицания, – то есть, тем же рабством, но более высокого уровня, «техническим рабом» вместо живого раба-человека. Слово «робот» очень уж откровенно «намекает» на это.

Слово «робот» восходит к чешскому слову robota («подневольный труд», «барщина» или «каторжная работа») и праславянскому корню, означающему «раб». Этот термин писатель Карел Чапек впервые использовал его в своей научно-фантастической пьесе «Р. У. Р.» («Россумские универсальные роботы») в 1920 году. В произведении искусственно созданные люди трудились на фабрике, выполняя тяжелую работу. Таким образом, исторически заложенный смысл слова изначально описывал не просто механизм, а подневольного работника или раба.

Но если все участники судебного процесса превратят таким образом этот процесс в состязание ИИ с самим собой, то результатом этого состязания будет не правосудное решение по делу, а нечто совершенно иное. Если сторонами выступает фактически одна и та же сторона, и она же оказывается судьей, то вместо состязательного процесса двух субъектов выходит лишь внутренняя модель состязания при реальном отсутствии судьи – в качестве субъекта, который подводит итог состязания, судит о праве той или иной стороны.

Таким образом, исчезает сам институт правосудия, а вместе с этим уйдет, наконец, в прошлое, увы, всё ещё актуальная фраза из «12 стульев», прозвучавшая тогда на аукционе: «Правосудие продано!».  

Не в предчувствии ли такой перспективы всё больше набирает обороты практика правового регулирования отношений по использованию ИИ в деле правосудия и прочей юридической деятельности? - Как знать, инстинкт самосохранения ведь никто не отменял...